В июле мне исполнилось 55. Несмотря на жару и отпуска, я все-таки организовала небольшое застолье. Заведую городской столовой, и для меня это нетрудно.

Все прошло как положено: поздравляли, вручали, желали... Хотя отмечали, что и желать-то мне особенно нечего - все у меня есть. Действительно, должность высокооплачиваемая, муж работящий – денег ни в долг, ни в кредит никогда не брала. Квартира есть, дача, на которой проводим пол-лета, тоже имеется. Вырастила сына, теперь вожусь с внуками – все хорошо… Вот только одного не хватало в моей жизни – любви. Ну да что уж об этом сейчас-то?

…Я приехала в Казань совсем молодой девчонкой. Поступила в кулинарное училище, жила в общежитии. Вы видели фильм «Девчата»? Хороший, правда? Слишком хороший… Потому что в действительности такой чистой любви мне в моей молодости встречать не приходилось. Да, были пары, глядя на которые, и самой о любви мечталось. Но потом, узнав про их отношения поближе, понимала, что и там «все как у людей»: пьянки, скандалы, совместное проживание вчетвером в одной комнате.

Рядом находилось общежитие строителей, поэтому в мужчинах дефицита не было. Они и к знакомым в гости приходили, и на танцы опять же… А как я танцевать любила! Многие меня приглашали и предлагали более серьезные отношения. Но никто мне не нравился, а некоторые так даже отвращение вызывали своей наглостью. Один приклеился как репей – не отвязаться. Радик звали. И в кино меня звал, и в гости с конфетами являлся. Девчонки надо мной все смеялись: «Он тебя измором возьмет!» Но пришлось ему отступиться, потому как появился в моей жизни Борис.

Это сейчас и священнослужители при заключении межнациональных браков суровы, и родители не одобряют, да и сами молодые сто раз подумают, прежде чем пожениться. А в наше время мы к этому значительно легче относились, тем более в многонациональной Казани! Я не предвидела никаких сложностей – мои родители далеко в райцентре, его слишком интеллигентны и демократичны и, как мне казалось, относились ко мне с симпатией. Во всяком случае, к моим солянке и пирожкам с ливером, которые я как-то приготовила на их кухне. Да, забыла сказать, с кулинарии все и началось: я выступала на конкурсе профмастерства, которые тогда были очень популярны, а Борис был музыкантом в оркестре ДК, где проходил конкурс. Скрипач и повариха… Смешно... Даже само сочетание слов нелепое, но в тот момент об этом не думалось. Ведь мы полюбили друг друга не по профессиональным признакам! К тому же я о рабфаке мечтала, а значит, вполне могла до него дотянуться.

Я даже не поняла, почему Борька в меня влюбился. Была бы красавицей, а то так - ничего особенного! Он же был для меня идеалом – такого уважительного отношения к женщине я тогда не встречала, да и - что греха таить! - в последующей своей жизни не часто сталкивалась.

Когда я сообщила своим родителям, за кого выхожу замуж, они были в шоке. Отец даже грозил отречься от меня. Все-таки чужая, непонятная нация… Потом остыл, и через неделю они приехали знакомиться с его родителями. Мне до сих пор стыдно за ту помолвку – какие же счастливые пары одного социального круга! Не надо краснеть за отца, пусть и работающего фельдшером в сельском медпункте, за мамин нелепый наряд, за… Именно мама меня и предупредила тогда, что свадьбы, скорее всего, не будет. Но даже вооруженная знанием, я оказалась к этому не готова.

Он не предавал. Просто в день бракосочетания его маме стало плохо настолько, что ей пришлось лечь в больницу. Мы отложили свадьбу. Это был дурной знак. Но я еще на что-то надеялась. Потом он сопровождал маму в санаторий, затем ему надо было поступать в аспирантуру… Поначалу я не понимала и продолжала наивно верить, что все еще сбудется. Он же постепенно становился чужим. Настоящим потрясением для меня стало известие о том, что они уезжают из страны - эмигрируют. Тогда, в 70-е годы, это было непонятно, странно… А я... я окаменела.

Вскоре возле меня вновь возник Радик. Я расписалась с ним, даже не дождавшись отъезда Бориса – тогда проверяли долго. Боль от разрыва притупило рождение сына, о котором надо было заботиться. Затем мы строили кооперативную квартиру, потом мне надо было защищать диплом - никаким посторонним мыслям я не давала ходу. И обманывала себя!

Борис вновь появился в моей жизни спустя полтора десятка лет. Ситуация в стране поменялась, и он смог приехать на родину. Лысый, обрюзгший – и кого я любила? И почему до сих пор люблю? Он к тому времени успел два раза жениться и развестись, был снова свободен, но руки и сердца мне не предложил. Да я бы и не приняла его предложение – слишком устоявшейся стала к тому времени моя жизнь. Вот как сейчас…

А потом мы потерялись – наша семья переехала, разорвался круг общих знакомых. Да и не надо мне его видеть. Раз мы не смогли стать счастливыми в молодости, разве сможем быть счастливы сейчас?